Чт. Гру 12th, 2019

Європейські новини

ЄС, Україна, Закарпатський край

Кого бы выбрал Яворницкий? И как выбирали директора Национального исторического музея в Днепре?

22 min read

Назначенная облсоветом комиссия так и не смогла определиться — чем является музей – хранилищем истории, идеологическим учреждением или модным развлекательным комплексом

 

Претенденты

Не так давно у директора Национального исторического музея имени Яворницкого Надежды Ивановны Капустиной, которая проработала в музее практически всю свою жизнь, закончился контракт. Облсовет, который является собственником музея, провел конкурс на замещение должности директора.

Заявки подали четверо претендентов: Надежда Капустина, директор музея-усадьбы Яворницкого Яна Тимошенко, депутат облсовета и предприниматель Виктор Боняк, а также совладелица ресторанного комплекса «Гуляй Поле» Юлия Песчанская. Кандидатуру Боняка к участию не допустили.

В прошедшую пятницу в облсовете состоялось второе заседание конкурсной комиссии, которая заслушала проекты претендентов и проголосовала за директора.

 

Выставки и ремонты

Первой о планах работы рассказала Надежда Капустина. Каких-то грандиозных, фантастических планов развития музея в её программе не было. Предполагаем, что, зная объемы реального финансирования, Надежда Ивановна подгоняла планы как раз под них.

— Музей основан в 1849 году, каждый год его посещают 250 тысяч человек, мы проводим более 100 выставок и 6 тысяч экскурсий. У нас работают 158 научных сотрудников, среди которых 6 кандидатов наук, — говорит Капустина. – Мы создали первый в Украине музей истории самоуправления, совместно с общественностью создали музей АТО. Была проведена реконструкция диорамы, проводится реэкспозиция в зале, посвященном Второй мировой войне.

О работе музея Капустина рассказывала долго. Потом перешла к проблемам.

— Музей имеет пять зданий. Два из них построили в начале XIX века, три – в начале ХХ. Все они имеют проблемы и требуют ремонта. На ремонт главного здания — реставрацию фасада, ремонт кровли, обновление пожарной сигнализации, устанавку климат-контроля — готова проектная документация, — рассказывает Капустина.

Планы Капустиной довольно реалистичные: проведение конференций, выставок, экскурсий, нескольких целевых археологических раскопок, создание 3-D проекций музейных предметов, модернизация системы освещения.

 

Музей или развлекательный центр?

Вопросов к Надежде Капустиной возникло немало.

— Где вы сбираетесь брать деньги на реализацию вашей программы? — спрашивает один из членов комиссии.

— Источники финансирования — областной бюджет, собственные поступления и грантовые деньги. За 20 лет мы смогли получить 10-12 достаточного серьезных грантов, — ответила Капустина.

— А какой вообще бюджет нужен музею? – спросил второй член комиссии.

— Если говорить о ремонтных работах, то порядка 40 миллионов, — ответила Капустина. – В этой же сумме заложена коммуналка. Остальное мы проводим за собственные деньги.

— Какие бы вы открыли филиалы? – спрашивает еще один член комиссии.

— Музей Олеся Гончара, лапидариум для каменных баб, — ответила Капустина.

— Сколько денег заработал музей в текущем году? – спрашивает член комиссии.

— Финплан на год — 600 тысяч, по состоянию на ноябрь мы уже выполнили 610 тысяч.

— А за счет чего перевыполнили?

— За счет активизации музейной деятельности, — ответила Капустина.

— В музее все как было, так и есть. Заходишь — светло, а в середине — три лампочки горит, — говорит Мирончук. – Если у вас есть финансирование, почему не решаете проблему?

— Есть приоритеты. У нас был ремонт крыши, была модернизация диорамы. Начинаются работы по реэкспозиции 7-го зала, — говорит Капустина. – Бюджетный запрос на следующий год учитывает реставрацию фасадов зданий на Яворницкого, 18 и 16.

— Вы больше 20 лет работаете руководителем. Но в программе есть такие проекты, как «Музей без ограничений», «Музей и школа». Что мешало реализовать их раньше? – спрашивает член комиссии.

Надежда Ивановна ответила, что подобные проекты реализуются постоянно.

— В частности, мы провели три вариации выставки для детей с нарушениями зрения. Это как раз проект «Музей без ограничений». Теперь готовим такой же проект для детей с нарушениями слуха, — говорит Капустина.

— А как по поводу увеличения посетителей? – спрашивает Мирончук.

— Наша область прифронтовая, многие отказывались привозить сюда свои выставки. Сегодня ситуация стабилизировалась, выставки нам дают, это даст прирост посетителей.

— А вы не планируете увеличивать стоимость билетов? Сколько сейчас стоит билет? – спрашивает один из членов комиссии.

— 10 гривен детский и 20 гривен взрослый. Мы должны ориентироваться на финансовые возможности населения. Если семья из 4-х человек приезжает в музей, то к стоимости билетов еще нужно прибавлять стоимость проезда в музей и обратно. Мы очень часто видим, когда бабушка приводит двоих внуков, покупает им билеты, а сама ждет их в коридоре.

— В детский развлекательный центр вход стоит 200 гривен. И полностью забиты эти центры. Вопрос в том, что вы — неконкурентный продукт, — возражает член комиссии.

— Ну, вы сравнили, конечно, — хмыкнул кто-то из членов комиссии.

Ответив на все вопросы членов комиссии, Надежда Ивановна попыталась объяснить им, что базой для любого музея является научная работа.

— Именно из научной работы появляются выставки, экспозиции, научно-просветительские мероприятия, — подчеркнула Капустина.

 

Лого для музея

Второй представляла программу Яна Тимошенко.

— Мне, как сотруднику музея, неизвестно, чтобы по состоянию на сегодняшний день у музея была определена цель, — говорит Тимошенко. – Я считаю, что музей должен быть центром как научной работы, так и краеведческого образования. Современный музей должен задуматься о своем предназначении, расширении коллекций, аудитории.

Тимошенко рассказала, что каждый музей обладает огромными фондами.

— Фонды музея закрыты для исследователей, сложно в них попасть. Только один профессиональный искусствовед на все фонды, — говорит Тимошенко. – Экспозиция музея была создана в 1977 году, требует переосмысления. Еще в музее — устаревшие формы и методы экспонирования. Еще одним из минусов является устаревший сайт, невысокая стоимость билетов. Музейные продукты, которые требуют отдельной подготовки и привлечения высокообразованных профессионалов, должны иметь конкурентоспособную цену. К примеру, музейная экскурсия стоит 20 гривен, а такую же в частном турцентре продают за 100 гривен.

Повышать музейный сервис Тимошенко предлагает открытием музейной лавки, созданием зоны отдыха, кофейни. Еще предлагает пересмотреть время работы музея, создать детскую комнату, где родители смогут оставлять детей на несколько часов.

— Нет конкурентоспособных предложений, — говорит Тимошенко. — Нет кассового аппарата, электронного билета, музейного магазина. Очень мало рекламы, денег на нее вообще не закладывают. Считаю, что происходит падение имиджа музея. Причина – консервативность, закрытость, уменьшение количества мероприятий. Еще у музея до сих пор нет своего лого.

По мнению Яны Тимошенко, музей нужно переформатировать и переосмысливать.

— Ориентироваться нужно на европейский опыт. Хочется создать «живой музей», в который хочется идти. Нужно проводить больше ярких мероприятий. Сделать так, одним словом, чтобы музей звучал. Это повысит его имидж, — говорит Яна Тимошенко.

 

Декоммунизация и сервис

Затем члены комиссии начали задавать Яне Тимошенко вопросы.

— Какой бюджет нужен для реализации вашей программы? – спросил один из членов комиссии.

— Я не считала. У меня и опыта такого нет. Я считаю, что если музей может сам зарабатывать на своих проектах, то его возможности неограниченны, — отвечает Тимошенко.

— А какой прогноз по увеличению посетителей? – спросил член комиссии.

— Не нужно ориентироваться на количество посетителей. Это не показатель. Сказать, сколько реально посетителей, сейчас сложно. А по поводу финансовых показателей считаю, что они могут увеличиться.

— Сколько сотрудников у вас было в подчинении в музее Яворницкого и сколько будет, если вы станете директором всего музея? – спрашивает член комиссии.

— Я руководила штатом в 10-12 человек. Но помните фильм «Москва слезам не верит»? Там героиня говорила, что если научиться управлять двумя, то можно и большим количеством, — говорит Тимошенко.

— Что вы имеете в виду, когда говорите стратегическое пополнение коллекции? – спрашивает Мирончук.

— Нужно определять пробелы в коллекции и работать в этих направлениях. Музей ограничен площадью, и пополнять фонды всеми подряд старинными вещами просто нет смысла. Стратегическое пополнение – это имеется в виду пополнение по необходимым темам. У меня есть мечта – создание экспозиции «Днепровские пороги». Наша область привлекала двумя темами – пороги и казачество, и мы можем это использовать.

— Объясните, что такое декоммунизация в музее? Это смена экспозиций? Это закрашивание звездочек на здании диорамы? Все-таки это музей, история, — напомнил главный режиссер театра «Верим», член конкурсной комиссии Владимир Петренко.

— Декоммунизация должна произойти на всех уровнях. Снять изображение Ленина, но не показать события, которые происходили и которые замалчивались в СССР, — это не декоммунизация. Нужно показывать историю, но использовать при этом новые темы, новые знания, новые подходы, — отвечает Тимошенко.

— В чем ваше преимущество по сравнению с другими претендентами? – поинтересовался член комиссии.

— Для меня музей – это жизнь. Хочу, чтобы в него шли люди. Считаю, что там, где знают историю, там нет войны, — сказала Тимошенко. – Даже больше скажу: незнание истории – это небезопасно для жизни.

 

Большой опыт посещения музеев

Перед тем как третья претендентка – Юлия Песчанская — вышла презентовать свою программу развития музея, один из членов комиссии сообщил печальную новость:

— Песчанская подала на конкурс недостоверные данные о себе. В частности, обманула по поводу необходимого опыта работы. Указала цифры больше, чем фактически работала.

— И что? – удивилась Песчанская. – Человек, который заполнял трудовую книжку, перепутал цифры.

Ну, перепутал так перепутал. И комиссия стала заслушивать презентацию Песчанской.

— Музей является не только местом хранения экспонатов. Это площадка для диалога, — говорит Юлия. – Чтобы диалог состоялся, музей должен быть привлекательным.

Претендентка рассказала о технической реэкспозиции музея.

— Во втором зале музея нужно пересмотреть порядок размещения экспонатов. Сейчас там важное значение имеют гобелены, созданные в 70-х годах, — говорит Юлия. — В третьем зале музея экскурсия начинается с портрета Екатерины, нужно уделять внимание и другим личностям и событиям того периода. Пятый зал музея готовился в соответствии с советской идеологией. В шестом зале недостаточно раскрыта тема голодомора. Последние годы не было качественного обновления экспозиции.

Далее Юлия принялась быстро читать основные тезисы своей программы. Более подробно остановилась на музейных выставках.

— Есть идея создать выставку одного экспоната «Казан», выставки «Женщина и тоталитаризм» и «Элита». К проекту «Ночь в музее» горожане проявляют огромный интерес, его нужно продолжать. Можно соединить его с фестивалем науки, который проводится на базе Политеха, — говорит Юлия. – Нужно менять сайт музея. Русскоязычный, кстати, сайт. Нужна английская версия сайта. Нужно размещать рекламную продукцию музея в гостиницах. У нас уже кое-какие есть договоренности по этому поводу. Аудиогиды нужны.

Первый вопрос, который задали Юлии, касался не программы развития музея, а опыта её работы.

— Что побудило вас, не будучи специалистом музейного дела, подать заявку на должность директора исторического музея? – спрашивают Песчанскую.

— Мой основной лозунг – эволюционируй. У меня есть образование, я защитила диссертацию. Хочу перейти от теоретических знаний к практическим. Вижу, что у громады есть потребность в диалоге и музей может выполнить функцию площадки, — ответила Юлия.

— Не очень понятный ответ для меня. Музей – это очень серьезное научное учреждение, — говорит член комиссии. – Нужно очень много всего знать.

— У меня большой опыт посещения музеев, — находчиво ответила Юлия. И сообщила, что у нее есть команда, с которой она планирует реализовывать свою программу.

— А вы членов своей команды будете интегрировать в штат музея? Или как? – спросил член комиссии.

— Я считаю, что в музее есть так называемые подснежники. Правда же? – спрашивает Юлия.

— То есть вы планируете сокращать людей? – уточняет член комиссии.

— А может, и нет там этих людей. Сколько их там? 158 человек? – отвечает вопросом на вопрос Юлия.

— У вас есть опыт работы в архивах? Вы говорили об архивах СБУ, — напоминают претендентке.

— Нет. Меня консультировал по этому поводу специалист, известный волонтер.

— Мне кажется, что вам очень сложно будет работать. Вы не знаете основ музейного дела, финансового дела. Как вы планируете существовать за гранты?! Где вы их брать будете? – возмутилась одна из членов комиссии.

— В музее работают 158 человек. Если они будут подаваться на гранты… — начала Юлия.

— Все 158?! – перебил её член комиссии.

— Все, — отвечает Юлия.

— Предположим, что вас назначат на должность директора. Коллектив не согласится с этим, и все напишут заявления на увольнение. Что вы будете делать? – спрашивает у Юлии другой член комиссии.

— Это фантастическая ситуация, — предположила Юлия. – Посмотрим. Если людям сделать определенные предложения по поводу самообразования, увеличения зарплаты… Будем договариваться.

— В чем ваши преимущества? – спрашивает другой член комиссии.

— Административный опыт. Я работают с 17 лет. У меня было несколько ФОПов, сейчас тоже есть. Была продюсерская деятельность. Много всего.

После того как Юлия Песчанская ответила на все вопросы, члены комиссии попросили журналистов покинуть зал и перешли к голосованию.

 

Итого

Члены комиссии облсовета в целом отдали за профессиональных музейных работников 3 голоса (они достались Надежде Капустиной, а у Яны Тимошенко — 0 голосов). Представитель ресторанного бизнеса Юлия Песчанская получила 5 голосов и стала директором Национального исторического музея имени Яворницкого.

Информированные комментаторы в соцсетях пишут, что исход голосования был решен в кабинетах облсовета задолго до заседания конкурсной комиссии. Не будем комментировать эти слухи. Но позволим себе удивиться такому выбору.

Пренебрежительное и покровительственное отношение к истории как к служанке идеологии у нас укоренилось давно. Сейчас эта советская идеологическая спираль, изменив содержание, раскручивается с новой силой. А вот такое пренебрежительное отношение к кадровой политике – это своеобразная фишка нынешнего времени. Не имеющие отношения к музею люди выбирают не имеющего отношения к музею человека директором исторического научного учреждения.-https://gazeta.dp.ua/29272/%d0%ba%d0%be%d0%b3%d0%be-%d0%b1%d1%8b-%d0%b2%d1%8b%d0%b1%d1%80%d0%b0%d0%bb-%d1%8f%d0%b2%d0%be%d1%80%d0%bd%d0%b8%d1%86%d0%ba%d0%b8%d0%b9-%d0%b8-%d0%ba%d0%b0%d0%ba-%d0%b2%d1%8b%d0%b1%d0%b8%d1%80%d0%b0?fbclid=IwAR0H-f4bAgr0SlulNDjIUwSSyyHdkRjE2isn-inEy_0hq7a1mKiAlcktK8o

В принципе, это может привести к тому, что от истории Приднепровья и нашего города может остаться всего два периода: скифско-казацкий и потом сразу АТО. А хранилище исторических артефактов сделает крен к той самой упомянутой на заседании «детской комнате», где за вход и сервис «платят 200 гривен».

Попробуем остаться оптимистами.

Ольга Фоменко

Газета ГОРОЖАНИН

 

В ТЕМУ:

На профессиональном музейном сайте Украины museum-ukraine.info по итогам выборов директора ДНИМ появился материал, в котором музейная общественность бьет тревогу и объявляет мобилизацию для спасения музея в Днепре. Основной меседж звучит так:

Рятуємо ДНІМ! Журнал “Музеї України”, спільно з сайтами медіа-групи УПК, продовжує відслідковувати трагікомічно-корупційну оборудку під назвою “вибори директора Дніпропетровського Національного історичного музею ім.Д.Яворницького”.

Ми жорстко включаємося в боротьбу за духовну спадщину українців і повірте, переможемо. Може і не зразу… Досвід великий…

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

Copyright © All rights reserved. | Newsphere by AF themes.